… На столе лежала записка. От самой Жизни. «Ты хотела дитя. Получай сына.»
– И что мне теперь делать?
Она подошла к кроватке. Малыш в своих движениях словно протягивал к ней ручки и улыбался. Она долго смотрела, протянула указательный палец, ребёнок цепко ухватился за него.
И тут она почему-то вспомнила, что всегда хотела дочь. Выдернув руку, убежала в другую комнату, в неистовстве закричала: «зачем, зачем, Боже?», и стала опрокидывать в истерике всё, что попадалось под руку, не замечая текущих по щекам слёз. Через какое-то время она затихла и без сил упала на диван.
И только теперь услышала, как в соседней комнате плачет ребёнок. Она истерично усмехнулась,
и со злостью, сквозь зубы процедив: «ненавижу!», обращаясь никуда и ни к кому, но в пространство, накрыла себе голову подушкой…
Ей приснился сон: она бежит по большому полю, сверху заливает яркий свет. Она бежит, нет… она убегает, всё время оглядываясь, но за спиной никого нет, кроме человеческой тени …не её тени.
Она в ужасе закричала, а какой-то голос сверху всё время повторял: «это твой шанс, это твой шанс!».
Что-то опрокинуло её наземь, она повернула голову в ту сторону, где была тень, но какая-то тьма в тот же миг поглотила её…
Она проснулась как от толчка. И поначалу не могла ничего понять где она и что, тупо смотря в потолок. Наконец стала приходить в себя и что-то соображать. Первое было: «почему такая тишина?» Мгновением позже она резко поднялась и побежала в другую комнату, в голове пронеслось одно: «ребёнок!». Честно говоря, она испугалась за него. Подбежав к кроватке, она увидела, что младенец спит, а на его щеках играют солнечные зайчики.
– Наверное он устал от плача и заснул, – подумала она. Она разглядывала ребёнка некоторое время.
И тут мальчик открыл глаза и улыбнулся.
– Но не мог же он проснуться от того, что я смотрела на него! – возмущённо удивилась она.
– Да-а-а, – протянула она тихо на выдохе, утвердительно слегка покачав головой, – по-моему, я ничего
обо всём этом не знаю. Да уж, неисповедимы пути твои...
– Что ж, придётся исправлять ошибку… – и робко, но жёстко добавила: «наверное…».
Но тут мальчик снова улыбнулся и протянул к ней ручки. А секундой позже, с жалобным стоном: «иди ко мне, маленький!», она взяла его на руки и стала убаюкивать. А себе под нос сердито пробурчала: «и без всяких там "наверное", поняла?!» В это время малыш, ухватив прядь её распущенных волос, потянул ручонкой к себе. Она улыбнулась. Освободив волосы, уложила младенца в кроватку, и подошла к окну. Далеко на горизонте загоралась вечерняя заря…
1999 г.